4-дневная рабочая неделя? Эксперты объяснили, почему для Латвии это остается на уровне мечты
Четырехдневная рабочая неделя выглядит мечтой для многих сотрудников, однако в Латвии ее внедрение может столкнуться с суровой реальностью. Писатель Арно Юндзе и депутат Олег Буров объяснили, почему эта идея подходит далеко не всем и какие риски она несет.
Идея четырехдневной рабочей недели выглядит привлекательной, однако ее массовое внедрение в Латвии в ближайшей перспективе остается маловероятным. К такому выводу пришли участники дискуссии на TV24 — писатель и культурный журналист Арно Юндзе, а также депутат Сейма Олег Буров.
Юндзе признается, что лично поддержал бы такую инициативу. «Я человек, который привык работать семь дней в неделю. Поэтому мне очень понравилась бы четырехдневная рабочая неделя», — отметил он. Однако, по его мнению, до широкого внедрения такого формата в Латвии еще далеко.
Писатель считает, что исследования на тему сокращенной рабочей недели не всегда отражают реальную ситуацию во всех профессиях. По его словам, подобные эксперименты зачастую проводятся в относительно узких сферах деятельности, где их проще реализовать.
При этом Юндзе допускает, что в некоторых организациях четырехдневка могла бы работать без серьезных последствий для эффективности. «Мне кажется, есть места, где четырехдневная рабочая неделя возможна. Люди там и так часто ничего не делают», — заявил он. В качестве примера он привел посещение государственных учреждений в предпраздничный период: «Приходишь в какое-нибудь госучреждение перед Рождеством — там вкусно пахнет пряниками, работа не идет, все сидят и пьют кофе».
Однако эксперт подчеркивает, что такой подход нельзя распространить на все сферы экономики. Особенно сложно, по его мнению, внедрить сокращенную рабочую неделю в отраслях, где необходимо обеспечивать непрерывное оказание услуг населению.
«Что мы будем делать со всеми водителями автобусов, врачами, санитарами, медицинским персоналом, учителями?» — задается вопросом Юндзе. Он отмечает, что в подобных профессиях невозможно просто сократить количество рабочих дней без последствий для общества.
В то же время писатель допускает, что в будущем сокращение рабочего времени может стать одним из способов адаптации рынка труда к развитию технологий. По его мнению, искусственный интеллект и автоматизация будут постепенно снижать потребность в человеческом труде.
«Возможно, с социальной точки зрения придется работать меньше, чтобы занятость можно было распределить между большим количеством людей», — считает он.
Олег Буров, в свою очередь, относится к обсуждению четырехдневной рабочей недели более скептически. Он поставил под сомнение целесообразность финансирования подобных исследований и заявил, что в условиях ограниченных ресурсов следует сосредоточиться на более актуальных задачах.
По мнению депутата, частный сектор вправе самостоятельно определять формат организации труда — включая удаленную работу и гибкий график. Однако для государственного управления и муниципалитетов должен сохраняться традиционный пятидневный режим работы.
Он также раскритиковал практику удаленной работы, которая сохранилась в некоторых учреждениях после пандемии. По словам депутата, граждане ожидают доступности государственных услуг на протяжении всей рабочей недели.
Особое недоумение у него вызывает ситуация, когда сотрудники некоторых структур продолжают работать удаленно по пятницам. По мнению депутата, подобный подход снижает доступность услуг для населения. Он напомнил, что понедельники традиционно являются наиболее загруженными приемными днями, поэтому государственные учреждения должны быть максимально доступны для посетителей.
