"Это наш единственный дом": суд забирает квартиру в Риге у семьи с ипотекой - почему закон их не защитил?
Семья с ипотекой может остаться без единственного жилья: суд решил вернуть квартиру прежнему владельцу, несмотря на срочные поправки закона. История вызвала резонанс и вскрыла пробелы в защите покупателей.
Сенат Верховного суда Латвии постановил изъять жилье, приобретенное по ипотечному кредиту, у одной семьи в Риге, чтобы вернуть его первоначальному владельцу, у которого это имущество ранее было мошеннически отобрано. Хотя Сейм Латвии, реагируя на этот случай, срочно принял поправки к закону для защиты добросовестных покупателей, они вступили в силу слишком поздно, сообщает телепередача «Nekā personīga».
Ранее программа рассказывала о семье Инги и Каспара Станкевичей, которая в 2020 году с привлечением банковского финансирования приобрела квартиру в проекте Dammes liepas. Вскоре после сделки полиция наложила арест на имущество. Выяснилось, что продавец Мартиньш Вердиньш присвоил жилье и продал его без разрешения настоящего владельца — компании Vladir Investments, принадлежащей гражданину России. Счета самой компании арестованы в другом уголовном процессе по делу о присвоении восьми миллионов евро у другого российского предпринимателя.
Суд по экономическим делам в первой инстанции постановил, что квартира должна остаться семье Станкевичей, однако окружной суд решил иначе, указав, что согласно закону имущество, полученное преступным путем, должно быть возвращено пострадавшему.
На этой неделе решение окружного суда оставил в силе и Сенат Верховного суда. Адвокат семьи Янис Пушпурс признал, что рассмотрение в кассационной инстанции было необычно быстрым — обычно это занимает от полугода до года. Сенатор Верховного суда Марис Лея обосновал решение тем, что законодатель четко установил приоритет пострадавшего.
«Как бы это ни выглядело справедливо или несправедливо со стороны, и как бы нам, судьям, ни было по-человечески трудно это писать, в такой ситуации не было возможности сделать исключение», — отметил судья, добавив, что вопрос защиты добросовестных покупателей оставался открытым уже девять лет.
Ситуация семьи Станкевичей тяжелая, поскольку это их единственное жилье. «Нам сейчас 40, кредит до 60 лет, даже чуть дольше. Это будет предпенсионный возраст. Остаток сейчас — 90 тысяч. И нам грозит остаться на улице. Это наш единственный дом. И для наших детей тоже», — рассказала Станкевич.
Как отмечает «Nekā personīga», ещё пять лет назад после дела художника Вилипсонса Сейм предусмотрел одно исключение — если пострадавшей стороной является государство, имущество остается добросовестному покупателю. Был установлен срок для разработки механизма защиты остальных приобретателей, но он давно истек из-за разногласий между юристами и судьями.
Однако на этой неделе, реагируя на решение суда и предупреждение министра юстиции Инесы Либини-Эгнере о риске проигрыша дела в Европейском суде по правам человека, Сейм за одно заседание единогласно принял необходимые поправки.
Как пояснил председатель юридической комиссии Сейма Андрей Юдин, новый порядок сохраняет приоритет за первоначальным владельцем, но дает судам возможность в отдельных случаях оставлять жилье добросовестному покупателю. Для помощи Станкевичам введены переходные положения, позволяющие пересматривать решения, принятые с начала этого года. Новые поправки не гарантируют семье благоприятного исхода. В решении Верховного суда семье рекомендовано в случае неблагоприятного исхода судиться с государством.
