"Я совершила очень, очень большую ошибку..." Как воспитывают детей матери, сидящие в Ильгюциемской тюрьме
За решетку попадают и мамы — беременные, с младенцем на руках или с маленьким ребенком рядом. В Ильгюциемской тюрьме есть место, где детство проходит за тюремными стенами, но мамы стараются дать своим малышам безопасность, любовь и надежду на другую жизнь.
Женщины могут оказаться в заключении, будучи беременными; женщин могут арестовать, когда у них уже есть совсем маленькие дети; а некоторые беременеют, уже находясь за решеткой. Латвия — одна из стран, где во время заключения мамам разрешено жить вместе со своими малышами. В Ильгюциемской тюрьме создано специальное отделение для матерей и детей, которое по условиям значительно отличается от других подразделений тюрьмы. У каждой женщины и ее ребенка есть отдельная комната. Общими являются благоустроенная жилая зона и небольшая кухня. Сейчас там проживают семь детей, хотя всего предусмотрено около 12 мест. Дети могут находиться в тюрьме вместе с мамами до четырехлетнего возраста. Если к этому моменту срок освобождения матери еще не подошел, ребенок передается под опеку родственников или в приемную семью.
Заместитель начальницы Ильгюциемской тюрьмы Лига Гаусиня работает здесь с 2006 года, и в ее прямые обязанности входит курирование отделения матерей и детей. За годы работы она видела много тяжелых ситуаций, но, несмотря на это, сохранила огромную веру в добро. С удивительной теплотой она рассказывает обо всем положительном, чего удалось достичь за это время. Конечно, есть и истории, которые до сих пор вызывают слезы.
Уже в начале разговора Лига Гаусиня подчеркивает: «Не думайте, что нашим детям здесь чего-то не хватает. С помощью разных видов поддержки мы обустроили помещения для мам и детей. У каждой мамы есть своя комната с кроватью для себя и малыша. Детям обеспечена красивая одежда и игрушки. У нас проходят разные мероприятия, дети отмечают праздники. Им готовят здоровую и полноценную еду. Медицинский персонал заботится о здоровье детей и помогает мамам освоить необходимые навыки ухода. Делается все, чтобы дети в то время, которое они здесь проводят, чувствовали себя любимыми и окруженными заботой. Будем честны — дома они не всегда получили бы все то, что получают здесь».
В детский сад детей отвозят сотрудники тюрьмы
Однако так было не всегда. Раньше дети в тюрьме жили довольно изолированно от матерей. Малыши находились в отдельных помещениях, где за ними ухаживали сотрудники и няни (другие заключенные). Мамам разрешалось видеть детей лишь несколько часов в день. Сейчас матери проводят с детьми все свое время.
Особая гордость заместителя начальницы в последнее время — то, что дети, растущие в тюрьме, могут посещать обычный муниципальный детский сад. Раньше это казалось невозможным: кто будет их туда водить, кто оплатит питание, и как вообще это реализовать? Но при поддержке проекта Управления мест лишения свободы Европейского социального фонда Plus «Безопасность: ответственная ресоциализация заключенных (DARI)» решение было найдено. Расходы на питание покрывает фонд, а в детский сад малышей отвозят сами сотрудники. Нередко это делает и Лига. В начале рабочего дня она усаживает детей в машину, отвозит в садик, а перед окончанием рабочего дня привозит обратно — домой. Именно домой. Как она говорит: «Никто здесь не говорит детям, что они в тюрьме. Здесь их мамы, и сейчас это их дом. Да, здесь сотрудники в форме, здесь ежедневно проводится перекличка заключенных. Но дети маленькие — они воспринимают это не так, как взрослые».
Сейчас детский сад ежедневно посещают четверо детей, и они отлично адаптировались. Если обычным детям дома требуется долгий период привыкания, то здесь его почти нет — дети привыкли к системе, людям, режиму, регулярным приемам пищи.
Пока другие дети бегут обнимать пришедших за ними родителей, эти малыши с такой же радостью бегут навстречу сотрудникам тюрьмы и искренне их обнимают.
В родительском чате детского сада активное участие принимает тюремная медсестра. Она взяла на себя представление интересов «своих» детей и мам. Деньги на праздники или развлечения в садике чаще всего помогают собрать родственники детей, находящиеся на свободе.
Помощь мамам в освоении социальных навыков и уходе за детьми
С мамами в тюрьме работают психологи и медики. Специалисты помогают женщинам освоить навыки воспитания, чтобы они были готовы к своим обязанностям и после освобождения, когда со всем придется справляться самостоятельно. Гаусиня не скрывает, что иногда приходится учить мам вещам, которые другим кажутся очевидными. Недавно одна женщина написала заявление руководству тюрьмы с просьбой регулярно обеспечивать ее замороженным картофелем фри — ребенку, мол, не нравится еда в детском саду, на ужин он хочет картошку. Тогда медсестра объясняла, что нельзя каждый день кормить ребенка картошкой, жареной в масле, и учила готовить более полезные блюда. Другая мама постоянно кормила ребенка сосисками — и здесь потребовалась большая разъяснительная работа.
При этом в тюрьме детям готовят здоровую, вкусную и сбалансированную еду. Но не все мамы и дети к такому привыкли. Часто женщины слишком долго кормят малышей молочной смесью, медленно начинается и приучение к горшку. Тем не менее постоянные усилия сотрудников дают результат — навыки мам растут. Иногда с ними даже приходится спорить. Лига Гаусиня рассказывает: «Бывает, мамы решают, что сами хотят водить детей к врачу или в детский сад. И тогда снова и снова приходится напоминать — так нельзя. Они находятся в тюрьме, под стражей. Чтобы вывезти женщину за пределы учреждения, на каждую нужны два конвоира… Мы говорим, объясняем и решаем эти ситуации».
Приехала сиротская комиссия и увезла малыша, которому было всего несколько дней
Конечно, не все в тюрьме происходит гармонично. Далеко не каждая заключенная, которая хочет, может остаться с ребенком. Во-первых, есть женщины, которые, родив в заключении, отказываются от ребенка и оставляют его в больнице. У других ранее уже были отняты родительские права. Также оценивается, за какое преступление женщина оказалась под стражей, и только после этого принимается решение, можно ли доверить ей уход и воспитание ребенка.
Гаусиня вспоминает одну очень тяжелую историю: «Женщина попала в тюрьму беременной. По отношению к предыдущим детям она была жестока. В заключении у нее родилась девочка — очень, очень красивая. Мы привезли маму с малышкой из роддома в тюрьму, но через пару дней приехала сиротская комиссия, забрала ребенка прямо из рук матери и увезла. Мы плакали все. Но такова, к сожалению, жизнь здесь».
Зависимости, разрушающие жизни и матерей, и детей
Большинство мам, находящихся сейчас в заключении, осуждены за преступления, связанные с употреблением и распространением наркотиков. Гаусиня вспоминает случай, когда женщина вернулась в тюрьму уже не в первый раз — на девятом месяце беременности и все еще в наркотическом опьянении. Ребенок родился, его привезли из роддома в тюрьму. Какое-то время все было вроде бы нормально, пока во время одной из ночных смен Лиге не сообщили, что младенец не дышит. Вызвали скорую помощь, ребенка увезли, и выяснилось, что у него синдром наркотической абстиненции. Из-за употребления матерью наркотики регулярно попадали и в организм малыша. Приступы удушья, к сожалению, повторялись и позже — исключительно из-за привычек матери.
Она вспоминает и другой случай — совсем юная женщина, интеллигентная, из хорошей и обеспеченной семьи, попала в тюрьму за те же наркотики. Она была беременна. После родов молодая мама словно расцвела: обожала ребенка, заботилась о нем, развивала, кормила грудью до трех лет и безмерно любила. Казалось, лучшей матери и представить нельзя. Когда девочке исполнилось четыре года, ей пришлось покинуть тюрьму, а маме еще предстояло остаться за решеткой. Заботу о малышке с радостью взяли на себя бабушка и дедушка.
Когда подошло время освобождения, сотрудники тюрьмы считали это историей успеха. Вся жизнь впереди, столько возможностей начать заново. Женщина вышла на свободу, но спустя время снова начала употреблять наркотики. Произошла передозировка. Она умерла. Гаусиня вспоминает свое отчаяние: «Казалось — как это возможно? Более четырех лет она жила здесь, и никакие наркотики ей были не нужны. Она работала со специалистами. Мы сделали для нее все, что могли. А итог оказался таким страшным…»
В тюрьме и женятся, и рожают, и заводят детей
Свадьбы в Ильгюциемской тюрьме — не редкость. Не потому, что без кольца на пальце невозможно прожить и дня, а скорее для того, чтобы был кто-то, кто ждет на свободе, кто может приходить на длительные свидания. Чтобы было по кому скучать. Чтобы была надежда.
Женщины беременеют и во время заключения — как на длительных свиданиях, так и в Олайнской тюрьме открытого типа. Правда, в Олайне мамы не могут жить вместе с малышами. Поэтому, если женщина не хочет разлучаться с ребенком, единственный вариант — просить перевод в закрытую тюрьму в Ильгюциемсе. И этой возможностью пользуются.
Дети рождаются у женщин, находящихся под стражей. Когда начинаются роды, женщину под конвоем доставляют в Рижский роддом или, в более сложных случаях, в Клиническую университетскую больницу имени Страдиня. Охрана находится рядом с матерью все время пребывания в больнице. После этого мама с малышом переводятся обратно в тюрьму.
Я спрашиваю Лигу Гаусиню, бывает ли, что отец ребенка не согласен с тем, что его ребенок растет в тюрьме, и требует передать его ему. Ответ звучит жестко: «Пусть приходит и забирает. К сожалению, у нас здесь еще не было ни одного такого случая…»
Анна и ее дочь, родившаяся в стенах тюрьмы
Одна из таких мам — 36-летняя Анна (имена ее, дочери и мужа изменены). Хрупкая светловолосая женщина, в глазах которой — большой жизненный опыт. В заключение Анна попала в феврале 2024 года. Вместе с ней в тюрьме живет и ее 11-месячная дочь Элиза. Девочка была зачата между тюремными стенами и провела здесь всю свою жизнь.
Мы встречаемся с Анной в момент, когда к ней на свидание приехал муж. Ближайшие 48 часов они смогут провести вместе — в специальных помещениях для длительных встреч. Эти свидания — самое ожидаемое событие для заключенных, сразу после освобождения. Комнаты находятся за закрытыми дверями, но, войдя в комнату Анны, понимаешь, что это нисколько не уменьшает радости супругов. Они буквально сияют, как только что влюбившиеся друг в друга.
На столе — угощения, которые привез отец Элизы Виктор. Рядом играет их 11-месячная дочь, радостно повторяя: «Папа, папа, папа». И это несмотря на то, что папу ей удается видеть лишь раз в 45 дней — и то не всегда.
Инициатором преступления был бывший муж — трое детей остались без отца
Анна не хочет рассказывать, за какое именно преступление сейчас находится под стражей. Известно лишь, что, в отличие от большинства других заключенных мам, она не была связана с торговлей наркотиками. Однако женщина не отрицает, что содеянное было очень серьезным.
«Я ни в коем случае не отрицаю свою вину. Я просто совершила очень, очень большую ошибку. Но это зависело не только от меня. В деле был замешан мой бывший муж и еще две женщины. Сейчас я уже не могу и не хочу об этом думать», — говорит Анна.
Уголовный процесс был начат еще в 2014 году, но в тюрьму Анна попала лишь в 2024-м. То есть десять лет она жила в постоянном напряжении, ходила на судебные заседания и каждый день боялась момента, когда ее увезут в тюрьму. «Теперь, когда это случилось, я в каком-то смысле даже чувствую облегчение. Есть ощущение, что все наконец-то позади. Осталось только дождаться освобождения и начать жизнь заново».
Элиза — четвертый ребенок Анны. После выхода на свободу дома ее будут ждать еще трое детей — дочери 11 и 9 лет и шестилетний сын. Их отец — бывший муж Анны и инициатор преступления — уже умер.
Анна рассказывает, что он покончил с собой: «Мы развелись, когда младший сын был еще совсем маленьким. Из-за судов, следствия и постоянного стресса он становился все более агрессивным, во многом обвинял меня. Со временем я вместе с детьми переехала в другое жилье и подала на развод. Но он не оставлял меня в покое — приходил к новому дому, кричал, терроризировал меня. Примерно через полгода после развода он покончил с собой».
Анна подчеркивает, что этот шаг не был напрямую связан именно с разводом: «Он понимал, что, скорее всего, ему придется провести в тюрьме долгие годы. Он просто психологически не смог с этим справиться».
Младший сын был слишком мал, чтобы полностью осознать и запомнить случившееся. А вот для обеих дочерей потеря отца стала тяжелым ударом — связь с ним была очень тесной. После смерти бывшего мужа Анна обратилась за помощью к психологу для детей. Но как только раны начали хоть немного заживать, последовал новый удар — маму увезли в тюрьму. Старшая дочь даже стала очевидцем этого события.
Заботу о детях взял на себя муж Анны Виктор
Во время нашей встречи Виктор с восхищением наблюдает за своей дочерью и почти с обожанием смотрит на Анну. Очевидно — она его большая любовь. И Виктор доказал это не только словами, но и поступками. После ареста жены тогда еще 28-летний мужчина сразу взял на себя полную ответственность за всех троих старших детей Анны.
«В июне 2023 года мы поженились, и хорошо, что так. Иначе я бы вообще не смог взять на себя ответственность за детей, — рассказывает он. — Сразу после ареста Анны я побежал оформлять все документы, чтобы дети могли остаться со мной и не попали в приемную семью. Это удалось. Так я и воспитываю всех троих, и, кажется, справляюсь довольно неплохо. Помогают и родственники, и родители».
На вопрос, как родные и друзья отреагировали на то, что Анна оказалась за решеткой, пара отвечает — все прошло относительно спокойно. О такой возможности Анна заранее предупреждала близких, поэтому шок был не столь сильным. Конечно, для детей это стало и остается очень тяжелым испытанием.
Дети навещают маму по одному — так можно уделить каждому больше времени, да и в комнате для длительных свиданий всей большой семье просто не хватило бы места. Чаще всего такие визиты заканчиваются слезами, потому что детям непонятно, когда снова удастся увидеть маму и маленькую сестренку.
Длительные свидания в тюрьме возможны только раз в 45 дней. Анна при этом работает в тюрьме на разных работах, и это позволяет ей зарабатывать дополнительное время для встреч с близкими.
Каково растить малыша за тюремными стенами?
Хотя детям в тюрьме обеспечено все необходимое, Анна признает — тюрьма все равно остается тюрьмой. Комнаты очень маленькие, а на единственной детской площадке развлечений немного.
На вопрос, как она ладит с другими мамами, Анна отвечает кратко: «У меня нет интереса здесь с кем-то особенно дружить. Конечно, бывают и ссоры, но у меня крепкие нервы, и с такими ситуациями я справляюсь быстро».
Самое трудное — это то, что мама с ребенком находятся вместе 24 часа в сутки: нет никого, кому можно было бы хотя бы ненадолго доверить малыша, чтобы просто побыть одной. Несмотря на это, Анна решила не пользоваться возможностью отправлять Элизу в детский сад, считая, что в этом возрасте для ребенка самое важное — присутствие мамы.
«Главное — никогда, никогда не возвращаться»
Сейчас Анна провела в заключении один год. Теоретически впереди еще три, но женщина надеется на условно-досрочное освобождение, или, как она сама это называет, «браслет» — электронное устройство, с помощью которого контролируется поведение осужденной за пределами тюрьмы. И для надежд есть основания — Анна ранее не была судима, а ее поведение в тюрьме соответствует всем необходимым критериям.
Мама маленькой Элизы уверена на сто процентов — в тюрьму она больше никогда не вернется. Анна мечтает вернуться к работе в сельском хозяйстве, устроить дочь в детский сад, пройти курсы маникюра и, возможно, даже осуществить давнюю мечту — стать профессиональным фотографом.
И самое главное — быть на свободе рядом со своими близкими.
Портал Mammamuntetiem.lv от всего сердца желает Анне, чтобы ей удалось осуществить все свои планы.
