Экс-мэр Риги: Латвия могла бы продать предприятия иностранцам и выиграть
Бывший посол Латвии в России Андрис Тейкманис заявил, что страна могла бы развиваться быстрее, если бы предприятия после распада СССР передали иностранным компаниям, а политики меньше боялись непопулярных решений.
Путь Латвии после восстановления независимости был тесно связан с необходимостью решительности и порой непопулярных решений — об этом в беседе с Андреем Пантелеевым в цикле интервью «Латвия 2035» заявил бывший депутат Верховного совета, экс-мэр Риги и посол Латвии в России Андрис Тейкманис. По его мнению, именно смелость действовать нестандартно является тем фактором, который позволяет государству перейти от стагнации к динамичному развитию.
Экономические модели и уроки приватизации
Оглядываясь на первые годы независимости, Тейкманис приходит к выводу, что процесс приватизации требовал значительно большей политической смелости, чем было проявлено. По его мнению, государству было бы выгоднее не оставлять предприятия местному руководству, а привлекать сильных иностранных инвесторов, даже если бы это означало передать предприятия за символическую плату.
Тейкманис подчеркивает: «Тогда то, что могло быть сделано иначе, требовало большей смелости. Я считаю, что если бы мы, проще говоря, подарили или позволили приватизировать наши предприятия компаниям из других стран за символическую цену, мы бы определенно продвинулись дальше, чем передав их, например, существующему руководству предприятий. Страх перед непониманием общества и упреками в “распродаже” государства не позволил в полной мере сохранить производство и интеллектуальный потенциал».
Стратегическое планирование и избирательные циклы
Андрис Тейкманис подчеркивает, что в современной политической среде смелость принимать важные решения сталкивается с желанием быть переизбранным, что ограничивает горизонт мышления политиков четырьмя годами. Такой подход мешает реализовывать крупные цели, например энергетическую независимость или административные реформы, поскольку политики боятся локального сопротивления.
«В демократии проблема политиков заключается в том, что стратегическое планирование не выходит за рамки четырех лет. Для них главный фактор — изберут ли меня снова, но нужно учиться жить уже неизбранным».
В качестве примера он приводит сопротивление строительству ветряных парков или созданию проекта Liela Rīga, когда страх потерять голоса избирателей мешает принимать рациональные для государства решения.
Реформы образования и культуры
В ходе реформ именно готовность брать на себя ответственность за непопулярные шаги позволила Латвии опередить соседние страны. Тейкманис положительно оценивает решительность Латвии в школьной реформе и урегулировании языкового вопроса, что послужило примером и для эстонцев.
«Эстонцы были чрезвычайно довольны и завидовали нам из-за фундаментальных решений — в школьной реформе или, точнее, в вопросе исключения русского языка, ликвидации сегрегации школ и создании единой школы. Их политики боялись принимать эти решения. Затем они увидели, что латыши идут впереди, и смогли последовать за нами».
Одновременно он акцентирует, что образование — это сфера, в которой политикам не должно недоставать воли четко определять приоритеты, несмотря на возможное недовольство отраслей.
Амбиции и взгляд в будущее
Говоря о 2035 годе, Тейкманис призывает общество отказаться от чрезмерной скромности и стремиться завоевывать мировые рынки, не ограничиваясь лишь чем-то маленьким и уникальным. «Я думаю, что мы должны хотеть что-то делать, и латышам нужно перестать быть скромными. Нужно перестать создавать маленькие, красивые, уникальные вещицы, а выдвигать амбиции завоевать мир», — призывает Андрис Тейкманис.
