Реклама закроется автоматически через 15 секунд
На портал
LETA

Андрей Мамыкин: «История семьи Вани Берладина — это Латвия в миниатюре»

Новости
4 ноября 2017 года 12:54 4 ноября 2017 года 12:54
  Андрей Хазов
Один из самых ярких журналистов латвийского телевидения верен себе и в кресле евродепутата. За словом в карман он по-прежнему не лезет, говорит по делу и аргументированно, по первому зову готов приехать в горячую точку. Эпицентром событий последней недели октября в Латвии стал пикет в защиту русских школ у здания Министерства образования. Андрея Мамыкина не могло там не быть! Депутат Европарламента отвечает на вопросы корреспондента «Открыто! ГАЗЕТА».

Шадурскис умеет только разжигать ненависть

— Андрей, как вы охарактеризуете полный переход школ нацменьшинств на латышский язык обучения... Может, действительно, перейти уже — и заживем как люди?

— Это самая большая провокация, которую могло придумать Министерство образования и науки (МОН). Моему старшему сыну 15 лет. Он учится формально в русской школе, но там сейчас математику учат по латышскому учебнику — русских просто больше не печатают в стране. Пару раз в неделю ребенок звонит мне в Брюссель и просит перевести задания. Я сам учился в физмат-классе, терминологию, функции и прочее учил на русском. Для того, чтобы помочь сыну, я обзваниваю друзей-латышей-математиков (потому что специализированного русско-латышского словаря математических терминов нет), и, может быть, мне повезет и суть упражнения переведут. Затем трачу новые полчаса-час на другое задание...

Официально декларируется, что новая реформа нужна для того, чтобы улучшить ситуацию в системе образования. А теперь смотрим статистику: по итогам централизованного экзамена по математике в прошлом учебном году среди 10 лучших — восемь школ нацменьшинств. Что еще хочет улучшать математик по профессии Шадурскис в данном конкретном случае? Ни в какие его красивые слова я не верю! Более того, я чувствую, как во мне, говорящем по-латышски и читавшем много латышской литературы, зреет чувство ненависти. Это просто вредительство и эксперимент над нашими детьми. И это — сейчас, когда в основной школе формально везде используется «язык национального меньшинства». А что будет, когда все предметы 100% будут преподаваться на латышском — от химии до географии?

Шадурскис — министр-неудачник. Все, что он умеет, это разжигать ненависть и вражду. Вражду к нашим детям. Он не может наладить работу министерства на подготовке кадров для школ, на качественных учебниках. Он сейчас сконцентрирован на работе инспекции, которая следит за лояльностью русских учителей: то есть не сбежал ли какой-то педагог из школы отмечать 9 Мая. Педагоги затравлены и запуганы. При этом работа самого Шадурского уже принесла нашей стране десятки миллионов евро убытков! Дело вот в чем. По себе знаю, как трудно выбить европейское финансирование для какого-то проекта в Латвии. Но для МОН оно есть. Назову только две программы. В этом году МОН из бюджета ЕС может получить почти 30 миллионов евро на инновационные проекты для студентов и еще 17 миллионов на улучшение управления в системе образования. Так вот, в министерстве под руководством Шадурскиса сидят настолько некомпетентные люди, что они не могут грамотно написать заявку в Брюссель на это финансирование, хотя деньги лежат на банковских счетах и ждут команду, когда им отправиться в Латвию! Сейчас опоздание такое, что освоено только 48% от европейского финансирования, и понятное дело, что за оставшиеся два месяца этого года контора Шадурского остальные 52% денег не успеет получить. Эти деньги так навсегда и останутся в Брюсселе, потому что финансирование выделяется на каждый конкретный год. Понятно, что в этой ситуации, когда министр обделался по всем статьям, нет ничего лучше, чем вспомнить старый лозунг и начать закрывать русские школы. 7 ноября я намерен встретиться с президентом Европейской комиссии Жаном-Клодом Юнкером и доложить ему об этой реформе. Во всяком случае, уже есть договоренность о встрече, он подтвердил, что примет меня.

Фото: LETA

— Решения латвийского правительства не ругал в нашей стране только ленивый. Вы общаетесь с депутатами практически всех стран Европы. Та же ситуация и в их краях? Правительство и создано для того, чтобы его ругать, или народ какой-нибудь определенной страны им все-таки доволен?

— По-разному. Если у коллеги в стране правое правительство, а сам он левый, то он, конечно, будет критиковать этот Кабинет министров. И наоборот. Но в других странах ЕС, особенно в странах Западной Европы, совершенно иная политическая культура. Там быть депутатом национального парламента — почетно, работать министром — престижно. При любом только подозрении на коррупцию или секс-скандал политик может добровольно уйти в отставку, и это нормально. У нас в Латвии все наоборот: у правительства и Сейма уже долгие годы самый низкий рейтинг доверия. «Депутат» означает ругательство, «министр» — синоним некомпетентности. По себе знаю: «Вот был ты, Мамыкин, вроде как и неплохим журналистом, а как стал депутатом — я тебя разлюбил» — такие письма от избирателей я получаю чуть ли не каждый день. На чем основываются такие суждения — сиди и думай потом.

Я хотел посмотреть матери в глаза и помочь чем смогу

— На все латвийские проблемы из окна вашего офиса в Брюсселе смотрится как-то легче или, наоборот, сравнивая ситуацию с другими странами, понимаешь, что так дальше жить нельзя? Что последнее из событий в Латвии вас взволновало наиболее сильно?

— Просто растоптала меня история Вани Берладина. Может, потому, что у самого трое детей... В этой ситуации — вся наша Латвия в миниатюре: и потрясающая жестокость и равнодушие общества, когда по улицам громадного города бродит голодный ребенок, и жертвенность и полная самоотдача, когда тысячи человек с перерывом на пару часов сна сутками напролет искали мальчика. И «красавица» полицейская, которая посчитала, что звонок о том, что Ваня жив и только что его видели, не заслуживает внимания... И журналистка канала LNT, приехавшая в Лиепаю снимать о поисках Вани сюжет, а в итоге кинувшая вместе с оператором свои микрофоны и телекамеру и бросившаяся с остальными горожанами перебирать мусор на городской свалке.

Я еще ни разу не говорил об этом в прессе, но вам скажу. Спустя некоторое время после того, как нашли Ваню, я позвонил своей однокурснице лиепайчанке. Она там родилась и выросла, всех знает и быстро устроила мне встречу с мамой Вани, Зоей Ареевой. Было много спекуляций на тему Ваниной семьи: мол, там и мать алкоголичка-наркоманка, и дети брошены... Я хотел посмотреть ей в глаза и помочь чем смогу. Передо мной предстала простая русская женщина, чуть старше меня возрастом. Мы сидели на кухне в ее очень скромной 2-комнатной квартире, где прописано 8 человек. Но при этом полы были вымыты до блеска, посуда на кухне сверкала. Соседи говорят, что ее дети всегда были чистыми, опрятными и покормленными. Все детки были крещены, ходили в православную церковь. Да, с ней, наверное, не обсудишь философию Шопенгауэра. Но вся ее жизнь — это поиск своего простого счастья и битва за собственных детей. В районе Зоиных 20 лет Латвия обрела независимость. Она, молодая девчонка, быстренько стала негражданкой, латышским владеет плохо. Латышских родственников в министерствах у нее не было, высшее образование на латышском для нее закрыто. Семья Вани жила в районе, который и сами местные называют «русское гетто». Двор выглядел как Берлин после бомбежки: в радиусе нескольких километров нет ни одной детской площадки. Асфальт во дворе местная мэрия начала класть уже после смерти Вани: до этого асфальт не меняли 40 лет! Детский садик рядом стоит с заколоченными окнами — не хватает детей, а те, что есть, ездят в сады в Военный Городок или в центр.

Латгалия и Калининград — не самые сепаратистские регионы

— Великобритания вышла из Евросоюза, а Каталония очень хочет отделиться от Испании. Кто, на ваш взгляд, «подаст на развод» следующим?

— Это очень разные «разводы». Соединенное Королевство вышло из ЕС целиком как страна, Каталония — это часть Испании, для которой важно быть не в составе Испании. При этом Каталония уже как самостоятельное государство хочет продолжать оставаться в ЕС. В этом смысле у самих каталонцев, какими бы сепаратистами они ни были, еврооптимизма больше, чем у британцев. Но вы правы в том, что сейчас Европу охватила мода на сепаратизм. Через пару дней после каталонского референдума авторитетное издание The Independent вышло со статьей, где были указаны все следующие сепаратистские регионы. Особенно забавно было читать, что среди наиболее «отделяемых» регионов Европы была указана Латгалия и Калининградская область России. На мой взгляд, Латгалия и Калининград — совершенно не самые сепаратистские регионы. Намного более сильное желание отделиться от Бельгии во Фландрии. Опять же, в Испании правительство вроде как договорилось с басками, дало налоговые преференции, но я не уверен, что проблема неотделения Земли Басков от Испании решена. Не могу сказать, что звучат прямые лозунги об отделении, но есть крайнее неудовлетворение политикой Берлина в Баварии. И местные политики говорят об особом статусе для этой самой богатой земли Германии. Наконец, не забывайте о Соединенном Королевстве. Внутри него после окончания Брекзита 30 марта 2019 года о независимости заговорит Шотландия с целью затем вступить в ЕС. В Шотландии на референдуме по выходу из ЕС в июне прошлого года большинство населения проголосовало именно за «remain» — то есть чтобы остаться в ЕС.

— Есть ли Европарламенту в это неспокойное время дело для Латвии?

— Наша страна, конечно, не центр Европы, и после президентуры в ЕС в 2015 году о ней вспоминают мало. Но мы с коллегами напоминаем: о ситуации с негражданами, о том, что Латвия третья беднейшая страна ЕС. На прошлой пленарной сессии я попросил минутную речь о ситуации с нелегальными свалками.

Я не могу прийти к президенту ЕП Антонио Таяни и сказать: «Поставь на голосование мой проект, я очень хороший закон придумал!» Это невозможно: парламент принимает только те общеевропейские законы, которые ему написала Еврокомиссия — таков регламент с 1957 года и, вне всякого сомнения, его давно надо было менять. В этом смысле, если ты хочешь, чтобы твоя идея дошла до пленарного заседания, нужно обрастать связями в Еврокомиссии и действовать через нее. Кроме того, Европарламент не является местом, где сидят представители государств, в пленарном зале депутаты не сидят по принципу принадлежности к стране. Депутаты сидят по принципу принадлежности к своей политической группе, то есть фракции: левые — слева от спикера, правые справа. Я работаю в группе социал-демократов, это вторая крупнейшая политическая группа, у нас 191 депутат из 751, и в нашей группе представители всех 28 стран ЕС.

— Сейчас идет очень много споров о грандиозном европейском проекте Rail Baltica. Прольется ли на Латвию золотой дождь или мы станем еще беднее, так как построенная инфраструктура будет требовать постоянных вложений уже не от Европы, а от нас самих. Ваше мнение?

— Даже европейский комиссар по транспорту недавно признал: Rail Baltica — это политический, а не экономический проект. С одной стороны, хорошо, что идет любое строительство. Это рабочие места, налоги в бюджет и зарплаты, в том числе и нашим латвийцам. С другой стороны, эти сотни миллиардов евро вполне можно было бы потратить на проект, который приносил бы потом экономическую отдачу.

Во время своего визита в Москву президента Еврокомиссии Романо Проди он сказал знаменитые слова: «Европа и Россия подходят друг другу как водка и икра». Так вот, после этого визита Путин и глава председательствовавшей тогда в Совете ЕС страны — Италии — премьер Сильвио Берлускони договорились начать переходить к безвизовому режиму между ЕС и РФ и строительству железной дороги Москва-Брюссель на узкой «европейской» колее. Если бы этим планам удалось бы сбыться, то к 2018 году — ЧМ по футболу в России — ветка заработала бы, миллионы россиян поехали бы в Европу, а миллионы европейцев — в Россию. Не говоря про стабильный поток транзитных грузов, который шел бы и через Латвию.

Но политическая элита Восточной Европы, в том числе и премьер Домбровскис, сумела убедить Еврокомиссию и крупные страны ЕС, что дорога в Россию нам не нужна. Ну, не нужна, так не нужна — развели руками нам в ответ. И стали строить совершенно бессмысленную ветку из Финляндии в Литву. Только НАТО и сможет ей пользоваться. И она будет эффективна только в одном случае: при прямом военном столкновении России и НАТО, где линия фронта идет по странам Балтии. Вместо туризма и торговли с Россией мы реально выбрали войну.

Фото: LETA

Ядерная зима в отношениях с Россией

— Самые главные решения, которые в ближайшее время должна принять Европа и Латвия? Дружба, сотрудничество с Россией потеряны на долгие годы?

— Тут мало что поменялось из прошлогодней повестки дня: кризис зоны евро, миграция, кризис в отношениях Европы и России. Перед второй октябрьской пленарной сессией ЕП уже готов новый пакет докладов по принципиально новой схеме принятия беженцев. Это будет принцип принудительного перемещения и распределения мигрантов в Латвию с жесткими штрафами за отказ принять и даже с замораживанием еврофинансирования тем странам, которые не хотят принимать беженцев. Так что Кучинскис срочно должен придумать другую риторику, вместо «А мы просто их не хотим принимать!» И это очередная победа диктата Германии: хотите получать деньги еврофондов, где мы, Германия, являемся главным спонсором, будьте любезны, заберите от нас несколько сотен тысячи мигрантов. Я Меркель в этом смысле прекрасно понимаю.

А с Россией — да, ядерная зима отношений. Наше место на рынке России стабильно занимает Китай, мы свое молоко можем продолжать выливать в канаву. И несмотря на довольно здравые проблески мысли об отношениях с Россией в речах, например, Юнкера, большинство руководителей стран Восточной Европы радуются продлению санкций. Польша, Литва, наш Ринкевич — авангард антироссийской фронды на каждом внешнеполитическом Совете ЕС.

— Следующий год — год выборов в Сейм. Каких сюрпризов ждете от предвыборной кампании? Вообще, эти выборы могут что-то решить в нашей жизни?

— Эти выборы будут очень интересными. Во-первых, умирает «Единство», а некоторые новые латышские партии заявляют, что они готовы решать «русские проблемы». Это пустая риторика или же они в самом деле хотят покончить с институтом неграждан — покажет время. На условно русском фланге партия «Согласие» очень хочет понравиться латышскому истеблишменту. Вероятно, есть обещание из посольства США в Риге, что «Согласие» в 2018 году будет в правительстве. И договор с «Единой Россией» они разорвали, и георгиевские ленточки 9 Мая не носят, и аннексию Крыма осудили, и никто, кроме Игоря Кузьмука из Рижской думы и Сергея Потапкина из Сейма, не подписал петицию по защите неграждан... Все это начинает не нравиться нелатышским гражданам Латвии. Не проходит и дня, чтобы мне в офис не пришло письмо на кириллице: «Почему вы нас предаете?» Поэтому выборы в парламент через год обещают быть нескучными. И идти голосовать надо всем, кто имеет право голоса, хотя бы для того, чтобы потом не сидеть четыре года по кухням и не ворчать: этот парламент опять о нас не думает...


Мы есть в Telegram, Twitter и Facebook. Подписывайтесь и будьте в курсе всего самого интересного!

Рекомендуем

"Все-таки есть ангелы-хранители": женщина с ребенком чудом не попала на борт разбившегося вертолета
"Хронические заболевания? Не надейтесь на чудо!": врачи о том, чтобы стены палаты не оказались последним, что человек увидит в жизни
Что посмотреть на этой неделе: мы рекомендуем новинки кино
Добавить комментарий