Когда-то Сентрейлия была обычным шахтерским городком. Уголь в этом районе начали добывать еще в XIX веке, и вся жизнь здесь была тесно связана с шахтами. В городе жили семьи шахтеров, работали магазины, школы, церкви, проходили обычные будни небольшого рабочего поселения. Ничто не предвещало, что со временем это место станет одним из самых известных примеров медленно умирающего города в США.

Переломным моментом стал май 1962 года. По наиболее распространенной версии, в одном из заброшенных карьеров рядом с городом, который использовали как свалку, подожгли мусор. Тогда такие действия не казались чем-то из ряда вон выходящим: отходы просто сжигали, чтобы очистить территорию, в том числе перед памятными днями, когда люди приходили на соседнее кладбище. Но на этот раз огонь, как считается, перекинулся на угольные отходы, а затем ушел в подземные горные выработки. Именно так начался пожар, который потом оказалось практически невозможно остановить.

Сразу стоит оговориться: в истории возникновения пожара до сих пор есть споры о точных деталях. Существуют разные версии, как именно огонь попал под землю. Но в целом официальные материалы штата придерживаются именно этой основной линии: причиной стал поджог мусора на свалке, после чего пламя добралось до угольных пластов.

Поначалу проблему пытались решить так, как решают обычный пожар: огонь заливали водой, территорию засыпали, пытались перекрыть доступ кислорода. Затем начались уже более серьезные и дорогостоящие работы — рыли траншеи, старались изолировать очаг, заполняли пустоты негорючими материалами. Но все это дало лишь частичный эффект. Пожар шел не по поверхности, а под землей, в старых шахтах и тоннелях, где его распространение было сложно точно просчитать.

В этом и состояла главная беда Сентрейлии. Под городом находилась сложная сеть старых горных выработок, и огонь мог двигаться по ней годами, меняя направление, замедляясь и снова набирая силу. В некоторых местах из земли начинали выходить дым и горячие газы. Почва нагревалась. Отдельные участки становились небезопасными. То, что сначала казалось локальной аварией, постепенно превратилось в долгую катастрофу, у которой не было быстрого решения.

Долгое время жители продолжали жить рядом с этой угрозой. Город не опустел за одну ночь. Именно это делает историю Сентрейлии особенно сильной и жуткой: она умирала медленно. Люди надеялись, что пожар удастся остановить, что опасность преувеличена, что до их дома огонь не дойдет. Но с каждым годом становилось все труднее делать вид, что ничего страшного не происходит.

Особенно сильное впечатление на общественность произвел случай начала 1980-х годов, когда под мальчиком внезапно провалилась земля. Этот эпизод стал одним из самых известных в истории Сентрейлии и окончательно показал, что речь идет не просто о неприятном соседстве с дымом и жаром, а о реальной угрозе жизни. Помимо просадки грунта, власти все больше беспокоили ядовитые газы, которые выходили на поверхность.

После этого вопрос о переселении стал уже не теоретическим. В 1980-х власти начали выкупать дома и переселять жителей. Со стороны это выглядело как медленное исчезновение города: люди уезжали, здания пустели, улицы теряли привычную жизнь. Потом начали сносить дома. Постепенно Сентрейлия превращалась не просто в полузаброшенное место, а в территорию, с которой жизнь буквально уходила.

Один из самых наглядных символов этой истории — дорога Route 61, участок которой со временем закрылся из-за повреждений, вызванных подземным пожаром. Для многих именно кадры потрескавшегося асфальта, из-под которого поднимается пар, стали главным визуальным образом Сентрейлии. Город начал ассоциироваться не с домами и людьми, а с дымящейся землей и ощущением, что под ногами продолжает жить что-то опасное и неуправляемое.

Сегодня Сентрейлия — почти исчезнувшее место. Большая часть строений давно снесена, почтовый индекс упразднен, а число оставшихся жителей сократилось до минимума. Но самое поразительное в этой истории то, что сам пожар не остался в прошлом. По состоянию на апрель 2026 года власти Пенсильвании по-прежнему указывают, что угольный пласт под Сентрейлией продолжает гореть, а территория требует постоянного контроля и остается опасной из-за газов и риска внезапных провалов грунта.

Андрей Григорьев-Апполонов вспомнил о смерти сестры: "Я упал на землю и лежал в истерике"